С одной стороны практики участия профессоров и преподавателей в общественной деятельности показывают, что их исполнение являлось обязательным. Например, участие в таком виде деятельности как уборка урожая в колхозах являлась обязательной не только для студентов, но и для преподавателей. Согласно Положениям о вузах 1961 и 1969 гг., профессорско-преподавательский и научный состав высшего учебного заведения был обязан «распространять научные и политические знания среди населения». Кроме того, общественная деятельность являлась частью отчёта об индивидуальной работе любого преподавателя наряду с учебной и научной работой.

Другая часть исторических сведений позволяет нам прийти к выводу, что в определенной степени «третья роль» могла осуществляться на добровольных началах. Это непосредственно связано с наличием материального вознаграждения за проделанную работу.  Исторически здесь существовала преемственность с дореволюционным периодом, где профессора и преподаватели также получали гонорар за чтение лекций. Впоследствии платный характер публичных лекций прочно закрепился в советской просветительской практике. Хозрасчетный характер лекториев при университетах, например, был закреплен в типовом уставе 1938 г. После организации Всесоюзного Общества «Знание» сформировалась практика, при которой 2/3 лекций, которые читали преподаватели, являлись бесплатными, а 1/3 являлись бесплатными («шефскими»). При этом «шефские» лекции в регионах преподаватели читали с большой неохотой.