В советский период отношение к «третьей роли» – совсем другое нежели в имперский. Начиная с декрета СНК «О высших учебных заведениях Р.С.Ф.С.Р. (Положение)» принятого 2 сентября 1921 года (и во всех последующих типовых уставах и положениях) за университетами, например, закреплялись задачи по политическому просвещению и пропаганде достижений советской науки. Начиная с Положения 1961 г. эта деятельность для профессорско-преподавательского состава являлась обязательной. 

В 1930-е повышение квалификации в качестве отдельной самостоятельной задачи впервые получает отражение в типовых уставах вузов (уставы 1934 г. и 1938 г.). В Положениях 1961 г. и 1969 г. повышение квалификации затрагивает уже не просто учителей, но всех специалистов, имеющих высшее образование, занятых в различных отраслях народного хозяйства, культуры, просвещения и здравоохранения. В перестроечный период государством была выдвинута достаточно амбициозная цель – переход от периодического к непрерывному обучению кадров, формирования мобильной и гибкой сети учебных заведений и подразделений повышения квалификации и переподготовки, развития различных форм непрерывного производственно-экономического обучения на предприятиях и в организациях.

В российский период произошло дальнейшее закрепление «третьей роли» российских университетов. На уровне уставов, впрочем, это закрепление обозначилось лишь с первой четверти XXI в. Впервые (по сравнению с советским периодом) возникли пункты, посвященные университетам как центрам организации и проведения экспертно-аналитической деятельности, обеспечения высококвалифицированной медицинской помощи, развития и преумножения нравственных и культурных традиций и др. Таким образом, современные классические университеты, с одной стороны, декларируют более тесную ориентацию на потребности государства и локальных сообществ, с другой – имеют (по сравнению с советскими) значительно больше возможностей для воплощения декларируемых положений на практике.