В дореволюционный период фактически отсутствовали инструменты государственного планирования научных работ, научная политика практически не прослеживалась. Выбор области и проблематики исследования был личным делом каждого университетского ученого, определялся он сложившимися в научном сообществе представлениями об актуальности и значимости. Обновление материально-технической базы, оборудования учебно-вспомогательных учреждений происходило в соответствии с потребностями, формулируемыми внутри профессорский коллегии, и при этом преимущественно за счет средств государственного казначейства, а также процентов с пожертвованных капиталов. Но ни чиновники, ни благотворители не вмешивались в творческий процесс ученых. В постсоветской России превалирует та же тенденция с той лишь разницей, что государство выбирает приоритетные направления (почти все они связаны с различными областями естественных и технических наук), на которые, как правило, выделяется большее бюджетное финансирование (данное правило распространяется даже на студенческую науку: Президентская стипендия для обучающихся по приоритетным направлениям заметно превосходит по номиналу «обычную» Президентскую стипендию). Некоторые элементы планирования возникли еще в предреволюционной России: правда, не на государственном, а на частном уровне. Общество содействия успехам опытных наук и их практических применений им. Х.С. Леденцова, по воле жертвователя, организовывалось с целью содействия исследованиям в области естествознания, изобретениям и усовершенствованиям в сфере техники, а также испытаниям на практике и проведению в жизнь научных и технических изобретений и усовершенствований.